Катакомбы русского ислама (v_sidorov) wrote,
Катакомбы русского ислама
v_sidorov

Categories:

Карл Шмитт "Номос Земли": рецензия

 

Книга "Номос Земли" является фундаментальной и последней, в каком-то смысле обобщающей, научной монографией великого немецкого мыслителя современности Карла Шмитта.

Бесспорно, это произведение можно рекомендовать всякому, кто стремится глубоко разбираться в политических и правовых процессах и отношениях. Со своей стороны в помощь будущим и в качестве рефлексии, обращенной к уже состоявшимся читателям этой книги, выскажу несколько своих соображений.

1. Книга о праве и порядке

В постсоветской России, где Шмитт широкому русскому читателю стал известен во многом благодаря Александру Дугину, этому немецкому автору была создана во многом однобокая репутация. 

Шмитт был преподнесен русскому читателю как геополитик, с чем, в частности, связано и то, что он оказался вне сферы пристального внимания автора этих строк. Ведь если Шмитт геополитик, представитель немецкой континентальной школы геополитики, то он обречен на растворение среди таких имен как Хаусхофер, Ван ден Брук и другие, чьи геополитические идеи и концепции в общем-то хорошо понятны.  

Однако важно осознать, что Шмитт не только и не столько геополитик, и что книга "Номос Земли" не о геополитике, о чем автор достаточно ясно пишет в Предисловии к ней. Признавая огромные заслуги и влияние на него географического фактора и ссылаясь по ходу своей книги на геополитиков вроде того же Хаусхофера, Шмитт подчеркивает "научно-правовую идею" этой книги и то, что он является прежде всего юристом, чувствующим свое единство с другими теоретиками международного права.

Я хочу обратить на это особое внимание русских юристов, так как мне уже приходилось писать о
провальном качестве российского юридического образования, для коего Шмитт вообще является неведомой величиной. Коли уж нам за редкими исключениями не довелось получить серьезного теоретико-правового образования, мы вполне можем попытаться компенсировать это собственными усилиями. 

Мне в этом смысле повезло. Моими невольными проводниками в мир Шмитта на протяжении последних лет были как мой духовный наставник, суфийский шейх и шотландский интеллектуал аристократ доктор Ян Даллас (Абдулькадыр ас-Суфи), так и мой политический руководитель немецкий юрист и лидер европейских мусульман Андреас (Абу Бакр) Ригер. Именно они открыли для меня Шмитта в контексте ключевой проблематики нигилизма и номоса, которая позволяет рассматривать его труды, в частности этот, в гораздо более глубоком, чем геополитическое измерении. Пользуясь случаем, я так же хочу выразить признательность современному русскому философу Эдуарду Надточию, непосредственно подтолкнувшему меня к тщательному изучению данного труда Шмитта. 

Итак, в данном случае мы имеем дело с юридическим или, иначе говоря, политико-правовым трактатом.  Неслучайно, его полное название не "Номос Земли", но "Номос Земли в международном праве jus publicum europaeum", что гораздо лучше соответствует содержанию книги. В ней автор раскрывает глубинную связь между Порядком и Пространством, формулирует фундаментальное политико-правовое понятие Номоса, описывает трансформацию пространственно-правового порядка как предпосылку для эволюции и оформления теории и практики международного права. 

Советских и российских юристов, нас, учили в институтах, что правовые отношения есть упорядоченные правом "общественные отношения". В этом смысле Шмитт предстает перед нами как гениальный исследователь международного права, излагая его подноготную, а именно то, какие же "общественные отношения" оно отражает и как исторически они превращались в соответствующие правоотношения.       

2. Международное право по Шмитту

Каждый, в особенности каждый юрист может сам почерпнуть для себя массу интересных открытий Шмитта в области международного права, что, несомненно, предстоит сделать вдумчивому читателюэто книги. Я со своей стороны хотел бы отметить следующее.

2.1. Субъективный характер международного права

Как юрист и как его исследователь Шмитт блестяще вскрывает то, что очевидно, как дважды два любому трезвосмотрящему на международную политику человеку, чье видение не затуманено либеральной пропагандой: объективность и непреложность международного права есть миф.

Было бы некоторым упрощением сказать, что международное право - есть продукт силы и соотношения сил, хотя фактически это и соответствует действительности. Международное право базируется не только на силе, но и на субъективном понимании легитимности и в этом смысле неразрывно связано с религией и
политической теологией, которая является еще одним предметом изучения Шмитта наряду с политическим правом. Впрочем, эти ипостаси Шмитта как раз органично дополняют друг друга, ибо как справедливо отмечал Александр Казаков ака [info]akazakof , сам магистр светского и канонического права Ляйденского Университета, любой западный юрист по определению является как юристом, так и теологом, теологом права, что неизбежно, учитывая теологические корни западной традиции права, правового, в том числе и международно-правового порядка, история развития которого изложена в рассматриваемой книге.

В этом смысле сегодня в якобы секулярном, внерелигиозном мире ничего не изменилось, и любой, кто вдумчиво сопоставит историческую ретроперспективу Шмитта с современными международно-правовоми реалиями, без сомнения, убедится, что в их основе по прежнему лежит вполне определенная религиозная гегемония, правда, уже не явно теологическая, как в прежние дни, но вполне себе политико-теологическая в широком рассмотрении Шмитта.

2.2. Международное право в ХХ веке: эволюция и возврат к исходной точке

На основании этой монографии Шмитта можно сделать вполне определенный вывод о том, что формированием международного права таким, каким мы его знаем с середины ХХ века и до наших дней, мир обязан Советскому Союзу и его универсалистскому цивилизационному проекту, под давлением которого Запад признал право народов как действительно международное, исходящее из равенства прав и положения всех его участников, а не европейское, каким оно возникло и было до того. 

Из Шмитта мы видим, что это самое международное право не было таким до возникновения СССР и поддерживаемых им по всему миру национально-овободительных сил, как и видим сегодня, что с крахом соцлагеря оно опять перестало им быть - несмотря на то, что писанные и формальные нормы сохраняются, изменились сами "общественные отношения", которые регулируются ими.

В этом смысле становится очевидна пустота и зыбкость современного международно-правового порядка, отсутствие внутри него центра и принципа легитимности, стало быть, его иторически переходный характер.

2.3. Перспективы международного права. Großraum как категория международно-правовой теории

Анализ "Номоса Земли" Шмитта, написанного им еще в условиях двухполярной системы, на которой держалось номинально сохраняющееся, но фактически уходящее сегодня в прошлое международное право, в наши дни позволяет по достоинству оценить предчувствие автора о неизбежности и необходимости возникновения Нового Номоса Земли.

Собственно, хотя Шмитт и не дает однозначных рецептов по этому поводу, оставляя читателя один на один с размышлениями, инспирированными его трудом, сценарии такового из его работ почерпнуть вполне возможно, особенно зная и другие произведения Шмитта, и его взгляды, изложенные, скажем, в переписке с Эрнстом Юнгером.

Перед нами вполне очевидная альтернатива между созданием подлинно Мирового государства и права и созданием напряженного правового плюрализма Номосов Больших Пространств, формирующих неведомый пока каркас нового международного права.

И в этом смысле поистине эпохальным является оформление Шмиттом категории Großraum (Большого Пространства) именно как международно-правового, а не геополитического. Шмитт - на фоне, когда реализация этой идеи казалась (и была!) вполне возможной - разрабатывает международно-правовую концепцию, в которой сосуществуют, находясь в разных плоскостях и занимая каждая свое место, такие разные категории как народ, государство и большое пространство.

Весьма интересными в этой связи, особенно для современного русского читателя, представляются размышления Шмитта о "рейхе" и его отличии от "империи". Для Шмитта Рейх становится основой Большого Пространства, в котором сосуществуют различные народы и государства, не будучи тождественными ему и не являясь его частью. В контексте не утихающих в русской среде дискуссий об антагонизме империи и национального государства такая концепция является весьма своевременной и способной отрезвить обе стороны.

3. Англо-американский вопрос

В своей книге Шмитт убедительнейшим образом доказывает правоту мысли, высказанной нами в
комментарии к возрениям Линдона Ларуша. Именно Британия, а затем США становятся цитаделями мирового морского порядка (вернее сказать, антипорядка, с точки зрения, теории Номоса), но при этом ни одна из этих стран не является ни источником его появления, ни его собственником, больше того, не принадлежит к нему изначально, по своей, якобы, примордиальной геополитической сущности, как то представляют апологеты упрощенной идеи противостояния сухопутных и морских держав.
 
Шмитт блестяще показывает, как и Англия, и особенно США как суверенные государства пытаются взять под контроль стихию моря, больше того, на определенном этапе (индийский план Дизраэли, ранняя доктрина Монро) противостоять ей, но в итоге поглощаются ею.

В связи с этим особую значимость и ценность обретают такие труды британского аристократа, монархиста и традиционалиста Яна Далласа как "The time of Bedouin", "The End of the Political Class" и "The interrim is mine", где он описывает и анализирует этот процесс так же глубоко, как немецкий юрист Шмитт описывает и анализирует эволюцию международного права. Этим книгам мы собираемся посвятить отдельную рецензию где, даст Бог, этот вопрос будет рассмотрен отдельно.

4. Немецкий католицизм Шмитта

В своей
рецензии к "Политической теологии" я поделился с читателем тем странным ощущением, которое возникает от сочетания немецкой фундаментальности Шмитта с его католической, проримской ангажированностью.

Надо сказать, однако, что этот диссонанс, провоцируемый Шмиттом в "Политической теологии", постепенно устраняется при прочтении "Номоса Земли". Здесь Шмитту удается решить задачу, которая кажется в принципе нерешаемой - создание интеллектуально целостной идентичности немецкого католицизма. Нельзя сказать, что после ознакомления с таковой устраняются все вопросы (это предмет отдельного разговора), но определенно именно здесь становится понятен и германо-римский Номос Шмитта, и его противопоставление потаенной немецкой идентичности именно мировому протестантизму, а не католицизму (как у того же Розенберга).  

Несмотря на то, что для универсальной значимости данной работы эта его личная тема является глубоко периферийной, ее разрешение на таком серьезном уровне еще раз иллюстрирует интеллектуальный калибр Шмитта, его способность не тольког раскрывать, но и решать, казалось бы, нерешаемые задачи.

5. Шмитт для мусульман

Как ни странно, наследие и идеи немецкого католика Карла Шмитта сегодня не просто более, чем актуальны для Исламской уммы, но и как будто бы предназначены специально для нее.

Ведь именно и только обретение геополитической субъектности и суверенитета Уммы способно в наши дни решить задачу формирования Нового Номоса Земли не посредством создания Мирового государства, но созданием плюралистического порядка больших пространств, каждое из которых является носителем собственной идеи легитимности, номоса и международного права, формируемого в конфликте и диалоге между ними.

Однако проблема в том, что решение этой задачи во вне невозможно без устранения серьезной
проблемы внутри исламского интеллектуального сообщества, о которой мы недавно писали. Прежде избавления от фактической колониальной зависимости от цивилизации Запада, цивилизация Ислама должна преодолеть интеллектуальную беспомощность перед ним, а именно зависимость от абсолютно пустых, бессодержательных и расчитанных исключительно на экспорт идей "демократии", "прогресса", "международного права" и т.п. 

Мусульманам необходимо осознать, что есть западная мысль на экспорт (грубо говоря, для дурачков) и для внутреннего потребления, под грифом если не "секретно", то уж "для избранных" совершенно точно. Чтение Шмитта относится как раз к чтению "для избранных", ибо именно он за внешней шелухой пустышек эпохи Модерна раскрывает реальную фиолософию, технологию и порядок политического (западного политического!) именно как гегемонии, обладания и борьбы.

Именно правого Шмитта наряду с левыми Лениным и Грамши можно смело порекомендовать "современным исламским интеллектуалам", чтобы выбить из их голов либерально-демократическую и глобалистско-приспособленческую дурь, которая неочевидна им из-за слишком "заезженных" и кажущихся им неприменимыми к сложным проблемам современности теологических трактатов и положений исламской классики (акыды и фикха). 

Мусульманский интеллектуал, который останется демократом и пацифистом-гуманистом после прочтения Шмитта - это либо дурак (и тогда он не вправе называться интеллектуалом, не будучи способным понять этого автора), либо уже откровенный лицемер и вероотступник, сознательно отвергший Ислам и работающий во вред ему. 

Шмитт и, в частности,его "Номос Земли" - обязательные автор и работа для любого, желающего быть настоящим "политическим солдатом" (еще одна превосходная категория его творчества), применительно к нашему случаю "политического моджахеда" (и, скорее, уже офицера, чем солдата), призванного осознать и восстановить Номос Ислама.

Эта задача, бесспорно, потребует прежде всего осознания круга проблем, поставленных творчеством Шмитта (нигилизма, пространственного порядка, типа и сущности войны, суверенитета, диктатуры, легитимности, дружбы и вражды, международного права и других), а уже затем ответа на них в исламской перспективе.

Бесспорно и то, что исламский интеллектуал, политический моджахед, сумевший подняться до такого уровня, откроет значимость и ценность произведений и работы уже упоминавшегося выше шейха Абдулькадыра ас-Суфи и его учеников и соратников - для себя, и для всей Исламской уммы, которой еще предстоит это осознать. 
 


Tags: Номос, Халифат, Шмитт, книжные рецензии, конец демократии, модернисты, нигилизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments