Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

Интервью об ИГИЛ на Colta.ru

Большое интервью украинскому сайту

Исламский мир: Левиафан против Бегемота

Новороссия и Большая Украина по Юрию Липе



Недавно открыл для себя украинского геополитика XX века Юрия Липу.

Имя это и его положение в пантеоне украинских идеологов я знал давно. Но тут на досуге решил его почитать сам.

Был впечатлен уровнем. Обычно главная претензия ко всем украиноязычным идеологам, включая Донцова - оторванность от мира фактов, поэтизация политики, пребывание в своей, во многом оторванной от жизни реальности.

К слову сказать, если мы говорим о геополитике, то это главный порок и русской школы. По крайней мере, все дугинские сочинения по геополитике - это сплошное фантазирование. Недаром, Лимонов в свое время назвал его "сказочник".

Мы с украинскими товарищами решили перевести на русский одно из его произведений - "Раздел России". Небольшое по объему, но очень сильное и глубокое, оно было бы весьма полезно для думающей части русского общества, а именно, адекватных регионалистов и антиимперских националистов.

Однако сейчас я бы хотел поговорить не столько о России, сколько о взглядах Липы на геополитические перспективы Украины и о том, как они соотносятся с нынешними реалиями.

Collapse )

Лонгрид по историософии украинского вопроса

Распря за Русь: Историософские основы российско-украинского антагонизма

Российско-украинский антагонизм сегодня достиг своего исторического пика. Конечно, история отношений двух наций знала куда более трагичные и кровавые годы, чем сейчас. И гражданская война, и послевоенное подавление сопротивления ОУН-УПА советскими армией и силовыми структурами были куда более кровопролитными, чем та «вежливая» война, что идет в наши дни.

Россия сегодня едина в своем отношении к Украине. Едина и Украина, по крайней мере, за вычетом той самой «Новороссии», о которой говорит президент Путин. И эмоции, захватывающие каждую из сторон, позволяют утверждать, что речь идет не просто о территориальном конфликте, а именно об антагонизме — исторически вызревшем, прорвавшемся наружу и на этот раз уже открыто и окончательно оформившемся.

Каковы же его основания? Чтобы понять это, нужно попробовать разобраться в историческом самосознании каждой из сторон и том, как они накладываются друг на друга.

Донбасс и роль Партизана в Большой Игре


С началом Майдана, а позже - событий в Крыму и восточных регионах Украины многочисленные российские политологи писали о том, что Украине "не повезло" стать разменной монетой - инструментом в Большой Игре США под названием "капкан для России".

Известная доля правды в этом суждении есть. Однако сейчас можно с уверенностью вернуть этот тезис: очевидно, что точно так же Донбассу (Донецку и Луганску) не повезло стать разменной монетой Владимира Владимировича Путина в его контр-игре на Украине.

При этом если для Украины это "не повезло" я пишу в кавычках, потому что для нее это игра с рядом возможных исходов (в диапазоне от очень плохих до очень хороших), то для Донбасса эти кавычки можно смело снимать.

Почему?

Надо понимать две связанные вещи - одну из сферы политэкономии, а другую из сферы политфилософии.

Collapse )

Родовые муки и перспективы евразийского Вестфаля


В одной из дискуссий в Фейсбуке обсуждали мое указание на то, что при всех зверствах, сопровождающих войну в Украине, хорошо хотя бы то, что в отличие от ряда войн, например, на Балканах и Кавказе, враг в ней определяется не по факту его национального происхождения, а по факту сознательно выбранной им позиции.

Ведь, как в пророссийских рядах воюет немало этнических украинцев, так немало этнических русских, уже не говоря о русскоязычных, сегодня есть среди украинских патриотов. Как совершенно правильно заметил один мой украинский собеседник, кровь, язык, религия - все это неважно в этом противостоянии, единственное, что важно - цвет твоего флага.

Это хотя бы выводит из под удара (пока) массы действительного мирного населения (то есть, того, что сидит по домам, а не того, что специально блокирует военные силы одной из сторон) и не позволяет возникнуть ситуациям вроде поголовной резни в Сребреннице и т.п.

На это мне было замечено, что и Столетняя война начиналась так же, но потом, как известно, стала первой в Европе "войной наций".

Collapse )

"Назад в будущее": историософские размышления о текущем моменте

На минутку абстрагировавшись от геополитических баталий, хотелось бы воспользоваться паузой, чтобы обратиться к политической и исторической философии.

Что стоит сегодня за феноменом новой Холодной войны, если рассматривать ее не в контексте конкретных противоборствующих сил, а применительно ко всемирно-историческим процессам?

По сути, речь идет о жестком рецидиве модерна с его принципом территориальности в качестве определяющего. Фанаты геополитики сегодня пребывают на "седьмом небе от счастья", потому что мы становимся свидетелями фактического торжества геополитической идентичности и лояльности над любыми другими. То есть, ты можешь руководствоваться какими угодно соображениями, от экзистенциальных и обывательских, до этнических, классовых и религиозных, но по факту они все равно не играют никакой роли, приводя тебя либо в один геополитический лагерь, либо в другой.

В каком-то смысле это реализация именно вестфальского принципа: "чья власть, того и вера" - вера не в обывательски понимаемом смысле как чего-то приватного ("вера в душе"), но понимаемом через призму шмиттовской политической теологии или "гражданской религии" якобинцев. Иначе говоря, в душе ты можешь "верить" во что угодно, но постольку поскольку государство, империя подчиняет тебя своей власти и ты принимаешь ее сам, вместе с ней ты принимаешь и его "веру", будь то идеология, набор мифов или просто различение "друг - враг".

Это возврат в те реалии, от которых человечество еще недавно начало отходить.

После завершения Холодной войны мировая цивилизация (по факту, глобальный Запад, казалось бы, включивший в себя и Россию) стала реоргазовываться по сетевому и горизонтальному принципу вместо территориального и вертикального.

Если для последнего был и остается присущ принцип: "одна страна - один проект", то пост-модернистский или пост-вестфальский принцип можно было охарактеризовать формулой: "множество проектов - одна страна - часть глобальной сетевой системы". Если речь идет о провинциальной (без уничижительного оттенка) стране - как пространство реализации таких проектов, если речь идет о стране развитой, одном из центров глобальной системы - как их генератор, оператор и хаб.

В такой пост-модернистской реальности полноценные проекты, будь то финансовые, социальные, духовные, интеллектуальные и т.д. имеют по определению транс-территориальный, над-национальный характер, образуя связанные между собой ячейки глобальной сотовой системы.

Национальное государство, страна в этой системе, впрочем, продолжали играть весьма существенную роль, как по отношению к своему населению, зачастую невписанному в такие проекты кроме как объектом для их приложения, так и по отношению к подобным проектам - в качестве домицилия, юрисдикции, лоббиста, оператора или конкурента.

Теперь перейдем к конкретике.

Collapse )

"Номос" России против Номоса для русских


Итак, мы уже неоднократно писали о том, что геополитическая сущность исторической России (теперь, когда это словосочетание открыто поднял на щит Путин, можно считать его официально применимым и к его режиму) вопреки тому, что десятилетиями говорят Дугин и его последователи, полностью противоположна континентально-европейскому "Номосу Земли".

В прошлый раз мы писали о том, что необходимо ограничить Россию, ввести ее в номосные, то есть, пространственно-ограниченные (что сопряжено с изменением всего ее уклада) рамки.

Однако из этого может возникнуть то крайне ошибочное ощущение, что мы предлагаем загнать русских в узкие рамки континентально-европейских наций. Это и не нужно, и невозможно, и противоречит русской геополитической природе.

Но сперва давайте разберемся с этим вопросом.

Collapse )

Ответ на вопрос о Государстве в Исламе

Мы должны различать для себя два понятия.

Первое – государство в его современном понимании эпохи Модерна, которое в западных языках определяется словами state, stat, staat, stato. Это тотальное упорядочивание общества через его институционализацию бюрократическими структурами, создание нации, понимаемой как государственно организованный народ.

Такое государство отсутствовало не только в Исламском мире, но и на самом Западе. Оно появляется с промышленными революциями и переходом от феодализма с его сюзеренно-вассальными отношениями и различным статусом для различных сословий, цехов, городов, княжеств, религиозных общин и т.п. к капитализму (рассматриваем государственный социализм как его разновидность) с его тотальной стандартизацией и унификацией всего населения как равноправных граждан («Свобода, равенство и братство»), они же налогоплательщики, работники и служащие – единообразные винтики гигантской машины.

Collapse )